Книга заставила критиков иначе взглянуть на автора "Некуда" и "На ножах" — в Лескове наконец-то разглядели мастера психологического реализма, блестяще разбирающегося в нравах и чаяниях простого народа. Сам автор писал, что этот роман "может быть, единственная моя вещь, которая найдет себе место в истории нашей литературы".